Модернизация агропромышленного комплекса России: возможности, ограничения и лакуны

Модернизация агропромышленного комплекса России: возможности, ограничения и лакуны

Модернизация агропромышленного комплекса России

Невостребованный потенциал и невеселые планы на будущее

 

Президент РФ Владимир Путин поручил правительству страны к 2020 г. обеспечить создание и модернизацию 25 млн высокопроизводительных рабочих мест и к 2018 г. увеличить долю высокотехнологичной продукции в 1,3 раза. Первым на поручение президента откликнулся глава Минсельхоза Николай Федоров. Предложенная им новая индустриализация предусматривает радикальное обновление парка сельхозмашин, внедрение новейших технологий в сельском хозяйстве и перерабатывающей промышленности агропромышленного комплекса.

Кроме того, министр отметил необходимость обеспечить сельское хозяйство минеральными удобрениями, создать аграриям достойные условия жизни и гарантировать им доступ к современному образованию, здравоохранению, культуре и информационным технологиям. Министерством также подготовлена госпрограмма развития сельского хозяйства на 2013—2020 гг., предусматривающая трехкратное увеличение господдержки АПК (2,5 трлн руб.).

Первые отраслевые поручения премьер-министра Дмитрия Медведева тоже касаются АПК. При доработке проекта госпрограммы развития сельского хозяйства на 2013—2020 гг. он предложил рассмотреть возможность предоставления субсидируемых кредитов для развития животноводства и увеличения бюджетной поддержки программ развития сельского хозяйства в регионах. Также премьер поручил органам исполнительной власти субъектов внести в правительство предложения по оказанию господдержки инвестпроектов по формированию инфраструктуры села (электричество, газ, дороги).

А поскольку подъем отечественного сельского хозяйства невозможен без поставок в АПК большого количества новой техники, тракторов, автомобилей и другого оборудования, то за счет межотраслевых мультипликаторов это оживит всю экономику страны.

Правда, в программу модернизации некоторые отрасли сельского хозяйства не попали. Как, например, садоводство и виноградарство, разведение ранних сортов овощей и лесных грибов, требующих масштабного строительства теплиц, выращивание льна и конопли. Также не предусмотрено обновление аэродромов и технического парка сельхозавиации, состоящей сегодня из самолетов-«кукурузников» полувековой давности. Запчасти для них уже не выпускают, так что каждый полет для членов их экипажей становится подвигом. Теперь, имея в виду ограничения, взятые на себя Россией в связи с присоединением к ВТО, со всем этим можно будет попрощаться.

 

 

 

Невеселые планы на будущее

Эксперты полагают, что участие государства в разработке целевых программ, программ развития и частно-государственного партнерства уходит в прошлое. Сейчас дело государства — помочь бизнесу в реализации того, что он считает нужным на селе развивать.

Такую логику диктует присоединение России к ВТО. Условия таковы: возможность поддержки отечественного сельского хозяйства в объеме 9 млрд долларов против нынешних 5,7 млрд долларов. То есть увеличить финансовое наполнение так называемой желтой корзины — всего, что оказывает искажающее влияние на торговлю — можно в полтора раза. Правда, по истечении семилетнего переходного периода сумма поддержки сельского хозяйства должна быть сокращена вдвое (до 4,5 млрд долларов). При этом для России не ограничены меры господдержки строительства жилья, развития кадрового потенциала, модернизации инфраструктуры, мелиорации — это так называемая зеленая корзина. По оценке аналитиков, при вступлении в ВТО на этих условиях ежегодные потери аграрного сектора России составят 1,5 трлн рублей. Чтобы смягчить этот стресс, на переходный период (2013—2015 гг.) необходимо обеспечить максимальный уровень защитных мер и господдержки. При этом следует понимать, что, если до этого при поддержке в 5,7 млрд долларов поднять сельское хозяйство в стране не удалось, этого не удастся сделать и за 9 млрд долларов.

Наш рынок заполонит продукция чужого агропрома, поскольку с той стороны она субсидируется, а с нашей — нет. Доля господдержки в стоимости сельхозпродукции в ЕС составляет 30—40%, а в России — всего 3—4%. Хорошо хоть, что до 2015 г.

РФ сохраняет квоты на ввоз мяса, поскольку по его производству наша страна не конкурентоспособна. Когда Россия откроет границы, пошлины на свинину снизятся с 40 до 5%, пошлина на свинину в рамках тарифной квоты сократится с 15% до нуля.

Эксперты полагают, что, кроме свиноводства, господдержка в первую очередь также жизненно необходима сельхозмашиностроению и молочному животноводству. Последнее во многих странах дотируется в таких масштабах, что иностранные производители могут поставлять молочную продукцию в Россию дешевле себестоимости. У нас же молочный бизнес становится убыточным.

Без продуманного переходного периода наше сельское хозяйство будет уничтожено. Производительность труда в АПК у нас в шесть раз ниже в сравнении с ведущими странами. При этом поставками пищевых продуктов на территорию РФ могут заниматься 3500 фирм, тогда как доступ к рынкам ЕС имеют лишь 15 российских компаний.

 

 

 

Невостребованный потенциал

Грустно, но факт: имеющийся в РФ модернизационный потенциал отечественным сельским хозяйством сегодня почти не используется. Из общего числа завершенных, принятых, оплаченных заказчиком и рекомендованных к внедрению прикладных научно-технических разработок 3% было реализовано в ограниченных объемах, 4% — в одном-двух хозяйствах, а через два-три года судьба 70% разработок была неизвестна ни заказчикам, ни разработчикам.

Новые техника и технологии, предлагаемые российскими учеными, позволяют снизить затраты труда на производство 1 ц пшеницы до 0,2 человеко-часа, говядины — до 3—4, свинины — до 2—3 человеко-часов. Это близко к производительности труда в передовых странах. Но эти инновационные разработки в стране невостребованы. Частный бизнес неохотно идет на замещение используемых технологий производства новыми. Это связано с дополнительными финансовыми вложениями. Если мы хотим увеличить выход сельхозпродукции, необходимо предоставлять субсидии и льготы пользователям новых технологий.

Опыт Японии, Китая, Южной Кореи, США и Германии доказывает, что ключевым в успехе продвижения разработок на рынок является уровень организации менеджмента проекта. По статистике, в этих странах на одного разработчика в науке приходится десять менеджеров, которые доводят эту работу до уровня освоения. В России пропорция обратная. К тому же усилия руководителей хозяйств у нас сплошь и рядом в первую очередь направлены на борьбу с пьянством, бездельничеством и воровством работников — тут уж не до высоких технологий.

 

 

 

Банкам в помощь

Агропроизводство — самая неустойчивая и, следовательно, малопривлекательная для потенциальных инвесторов отрасль. К тому же аграриев задавили налогами. Сегодня, правда, еще сохранились остатки льготного налогового режима для сельхозпредприятий, облагаемых по «упрощенке», они не платят кое-какие налоги. Но потихоньку вводятся новые. В итоге в 2011 году рентабельность фермерства с учетом субсидий в среднем составила 6%. Это значительно ниже, чем в промышленности. Доля убыточных хозяйств — 47%. Удельный вес хозяйств, имеющих просроченную кредиторскую задолженность, — 80%. Половина хозяйств не могут внести текущие платежи.

Средняя зарплата в агросекторе — 12 тыс. рублей в месяц, это в 2,1 раза ниже средней по народному хозяйству и в 3 раза ниже, чем в промышленности. Во многих местах люди получают по 6 тыс. рублей в месяц.

Низкая оплата, не обеспечивая достаточной мотивации труда, приводит к текучести кадров и снижению производительности труда. С 2011 года для поддержки технического перевооружения государство стало компенсировать хозяйствам затраты на приобретение сельхозтехники и оборудования на 50%, удобрений и семян — на 20%.

Однако не все хозяйства могут этим воспользоваться. Чтобы приобрести новую технику, сначала нужно вложить собственные деньги и лишь потом получить компенсацию. Техника эта дорогая, не все могут ее приобрести. Одна только покрышка тракторного колеса стоит от 170 до 250 тыс. рублей В итоге финансовая поддержка сельского хозяйства государством большей частью идет на субсидирование процентных ставок, то есть на поддержку банкиров. И лишь немногие, главным образом крупные, хозяйства могут купить новые машины, племенной скот и зарубежный высокопроизводительный посадочный материал.

Высокоинтенсивные ресурсосберегающие аграрные технологии в основном рассчитаны на наиболее благоприятные ландшафты страны, прежде всего районы Северного Кавказа и европейского Предуралья. Но и там интенсивные технологии доступны только зажиточным сельским жителям. Именно на них, выходит, в первую голову и рассчитана реформа. Как следствие, в деревне нарастает социально-классовая дифференциация.

Темпы пополнения машинно-тракторного парка сельхозпредприятий существенно уступают темпам списания устаревшей техники. Количество тракторов в сельхозорганизациях страны уменьшилось с 1290 тыс. единиц на конец 1992 г. до 400 тыс. на конец 2011 г., зерноуборочных комбайнов — с 370 до 100 тыс., доильных установок и агрегатов — с 200 до 40 тыс. единиц.

Правда, в последние годы техническое перевооружение набирает темпы. Так, в 2011 г. сельхозорганизации приобрели тракторов в 1,7 раза больше, чем в 2007 г.; зерно- и кормоуборочных комбайнов — в 1,4 раза. Но это общей картины пока не изменило — имеющаяся техника покрывает лишь 55% технологических потребностей.

При этом старая отечественная техника в десять раз менее надежна, чем импортная. Ежегодный ущерб за счет снижения коэффициента готовности сельхозмашин в стране составляет 4 млрд рублей

 

 

 

Камни, борщевик и тяжелые металлы

Специалисты полагают, что модернизация растениеводства страны должна, во-первых, включать в себя внедрение гибридных семян низкостебельных высокоурожайных сортов зерновых.

Во-вторых, внесение в почву полного набора минеральных удобрений (азот, фосфор, калий), поскольку при их отсутствии урожай резко сокращается. Например, чтобы вырастить хороший урожай репы, в средней полосе России на один га земли надо внести 500 кг минеральных удобрений, при посадке моркови — 800 кг, а свеклы — 1 т. Сейчас продажа минеральных удобрений в стране уменьшилась в 6,8 раза, земледельцы вносят до 10 кг удобрений на га.

В-третьих, комплексную защиту высокоурожайных сортов растений ядохимикатами.

В-четвертых, сооружение эффективных ирригационных систем, так как высокие урожаи возможны лишь при регулярном и достаточном орошении. При этом на орошении урожайность пшеницы планируется увеличить с 2,5 до 6—7 т/га, кукурузы — с 3—4 до 7—10 т/га, сои на семена — с 18 до 30—40 т/га, овощей — с 20 до 100—120 т/га. Это создаст 700 тыс. новых рабочих мест.

В-пятых, предусмотрено применение современной сельхозтехники.

Однако решение проблем отечественного АПК не может быть сведено к указанному перечню направлений. У нас огромные земельные ресурсы, 402,6 млн га земель сельхозназначения, но как минимум десятая часть из них не используется. В РФ засолены, заболочены или подтоплены грунтовыми водами 12% сельхозугодий — 50 млн га. Сильно закисленные почвы составляют 5 млн га и нуждаются в известковании. Практически везде идет резкое снижение плодородия почв, вызванное потерями гумуса. Главным образом, это происходит из-за вспашки с переворотом пласта. Общая площадь пашни с низким содержанием гумуса в России составляет 89%.

В Канаде, природопочвенные условия которой во многом схожи с нашими, отказались от пахоты и применяют обычное и глубокое рыхление почвы. В США перешли на минимальную и нулевую обработку почвы, требующую усиленной химической защиты растений от сорняков и вредителей.

Но нам, наверное, больше всего подходят смешанные технологии обработки почв. Например, посев — по ресурсосберегающей технологии, а основная обработка — традиционная вспашка. Такая технология дает отличный эффект — идет эффективная борьба с сорняками, черный пар способствует быстрому прогреванию почвы, это влечет за собой дополнительную минерализацию путем высвобождения азота. И сев можно провести быстрее.

Но снижением гумуса проблемы растениеводства не ограничиваются. В отличие от Западной Европы и США, наши сельхозугодья сильно засорены камнями. В последние 80 лет, с момента создания колхозов, землю никто не очищал, хотя камни в почвах затрудняют работу сельхозтехники, препятствуют появлению всходов, росту и развитию растений. На каменистых почвах ускоряется износ почвообрабатывающих орудий.

При значительном содержании камней в почве необходимы работы по их удалению, но планом модернизации сельского хозяйства такие работы не предусмотрены.

Кроме того, пастбища в России в отличие от развитых стран по распоряжению Никиты Хрущева были засорены борщевиком, что делает местное молоко непригодным. Как с этим бороться, пока никто не знает.

А еще пестицидами, агрохимикатами, промышленными токсинами и радионуклидами у нас загрязнены 75 млн га.

В этом случае выход, правда, есть.

Некоторые растения концентрируют в своих тканях радиоактивные элементы из окружающей среды. Растения — гипераккумуляторы тяжелых металлов способны накапливать в листьях 5% никеля, цинка или меди в пересчете на сухой вес. Один из видов горчицы, называемый индийской, оказался эффективным накопителем свинца, меди и никеля. Свинец также накапливают кукуруза и известный сорняк амброзия.

Особые технологии выращивания позволяют тысячекратно увеличить этот эффект. Растительную массу затем можно собрать и сжечь, а образовавшийся пепел захоронить.

Для очистки воды также используют растения, накапливающие тяжелые металлы в стеблях, листьях и корнях. Для этого подходят некоторые сорта подсолнечника. Выращиваемые в специальной фильтрационной системе, они активно поглощают из воды загрязняющие вещества. Усовершенствование этих технологий и восстановительную обработку почв в наших условиях никто, кроме государства, взять на себя не сможет. Но, к сожалению, модернизация сельского хозяйства не предусматривает таких затрат.

 

 

 

Недешевая помывка

Прежде чем лечить нашу землю, ученые советуют довести до конца создание земельного кадастра, чтобы знать, какая для чего годится, как ее использовать. После этого следует отказаться от обработки маргинальных площадей, где все равно ничего не растет, а остальную часть земельных угодий разделить пополам.

Одну половину оставить под паром на будущее, а на другой — развернуть интенсивное аграрное производство, провести мелиорацию, повысить продуктивность и урожайность. Мелиорация засоленных и кислых земель на орошаемых угодьях повышает продуктивность зерновых в 2—3 раза, до 6—7 тонн с 1 га, а продуктивность овощей — в десятки раз!

В России мелиорируемые земли составляют всего 5% от общей площади сельхозугодий. К тому же износ мелиоративных систем составляет 70%. Внутрихозяйственная мелиоративная сеть и вовсе находится в критическом состоянии. Половина ее объектов не функционирует и восстановлению не подлежит. Это направление не поддерживалось и не развивалось государством. Потребность в инвестициях на эти цели составляет 180—200 тыс. рублей на 1 мелиорируемый га.

При этом срок службы мелиоративных объектов не превышает 40 лет, а срок окупаемости таких инвестиций составляет 12 лет, что не позволяет использовать кредитные ресурсы.

Гарантированный урожай зерновых можно получить лишь при уровне осадков не менее 700 мм/г. У нас таких территорий 1% (в США, для сравнения, их 60%). В России в засушливом климате возделываются 80% овощей и 60% зерновых.

Казалось бы, в такой ситуации отечественным сельхозпроизводителям нелишне позаботиться о страховании. Однако сегодня в РФ им охвачено лишь 20% посевов. Страховщики не берутся работать с теми, у кого высока вероятность наступления страхового случая.

Кроме того, страховщики сами вынуждены перестраховывать свои риски. Это пагубно отражается на размере взноса, который платят фермеры.

Решение данной проблемы экспертам видится в запуске вмененного страхования от стихии и финансовых рисков при производстве, чтобы доступ к субсидиям имели только застраховавшиеся хозяйства.

 

 

 

На промышленную основу

Удельный вес личных подсобных хозяйств и крестьянских фермерских хозяйств в производстве молока составляет 80%, мяса — 48%, яиц — 56%, зерновых — 16%. Высокотехнологичное животноводство, по оценкам экспертов, обеспечивает производство 18% молока, 77% — мяса птицы, 50% — свинины, 15% — говядины, 45% — яиц с учетом того, что промышленное отечественное птицеводство зависимо от импортного корма и генетики.

Зная заранее правильный ответ, в Минсельхозе России на основе этой статистики сделали вывод: индустриализацию животноводства следует осуществить за счет укрупнения хозяйств и перевода их на промышленную основу.

Действительно, в последние годы во многих субъектах РФ, особенно в Белгородской, Московской, Ленинградской, Омской областях, Краснодарском крае, осуществляется строительство новых животноводческих комплексов и модернизация действующих ферм по производству молока и свинины. В них будут применяться ресурсосберегающие доильные установки, беспривязное содержание коров, кормление сбалансированными кормовыми смесями, мобильные раздатчики-смесители, холодный метод содержания телят в индивидуальных домиках, естественная вентиляция помещений через коньковую щель, раздельное размещение зон доращивания и откорма свиней. В помещениях для животных уложат специальные теплые полы. Влага на них не задерживается, а сразу скатывается — коровам комфортно, и людям удобно.

Нужно использовать и новые технологии выкармливания животных. Так, нашими зоотехниками разработаны системы выращивания и откорма всех видов животных, обеспечивающие суточный прирост живой массы 900 г у крупного рогатого скота и 600 г — у свиней.

Но даже не прибегая к этой модели, в последние годы за счет модернизации и ввода свиноводческих комплексов и бройлерных птицефабрик улучшилось положение в свиноводстве и птицеводстве. Производство мяса птицы достигло уровня 1990 г., однако его дальнейшее увеличение сдерживается из-за высокого удельного веса на отечественном продовольственном рынке импортной курятины.

При этом текущие активы птицеводческих хозяйств сократились на 50% к уровню 1990 г. Если на начало 1990-х гг. они составляли к стоимости реализуемой продукции 76%, то на конец 2011 г. — 40%.

Увы, птицеводам тоже, оказывается, нужна господдержка.

 

 

 

Где взять миллион

Серьезным барьером на пути успешной модернизации сельского хозяйства является проблема кадров.

В сельской местности в РФ проживает 40 млн человек. Но квалифицированных кадров не хватает. Только за 2006—2011 гг. сельское хозяйство лишилось 1,5 млн рабочих рук. Аграрному сектору страны недостает 80 тыс. руководителей и главных специалистов сельхозпредприятий, 130 тыс. специалистов со средним профобразованием. Одновременно ухудшился качественный состав кадров. Удельный вес руководителей сельхозпредприятий и главных специалистов с высшим образованием снизился соответственно с 86 и 72% в 1991 г. до 60 и 50% в 2011 г.

Хозяйствам нужны механизаторы, доярки, трактористы-машинисты и другие специалисты, умеющие работать на современном оборудовании, знающие технологический процесс. В дефиците люди, работающие с техникой, полностью исключающей ручной труд, умеющие работать с широкозахватной техникой при минимальной обработке почвы; технологи и обвальщики в полностью механизированных свинокомплексах.

Но профтехучилища, не имея соответствующей базы, не могут готовить таких специалистов. Дополнительный завоз гастарбайтеров-чернорабочих, не говорящих по-русски, эту брешь не закроет.

Именно из-за недостатка людей стране сегодня необходима техническая модернизация. Чем современнее техника, тем меньше нужно работников, чтобы ее обслуживать.

А сколько же их нужно, в самом деле?

Из 25 млн заявленных Путиным новых высокотехнологичных рабочих мест на долю АПК специалисты отводят 8 миллионов. Поскольку мультипликативный эффект создает на каждое рабочее место в сельском хозяйстве еще 6—8 рабочих мест в смежных отраслях, это означает, что собственно сельскохозяйственных высокотехнологичных рабочих мест появится около 1 млн. Остальные возникнут в несельскохозяйственных отраслях АПК, прежде всего в пищепроме. Но и 1 млн человек для сельской местности представляется сейчас чем-то запредельным.

По прогнозам Росстата, численность трудоспособных селян сократится с 24 млн человек в 2012 г. до 19 млн к 2020 г. и до 18 млн к 2026 г. Столь масштабное сокращение трудовых ресурсов создаст серьезные риски для развития АПК, вплоть до полной утраты отдельных сегментов сельской экономики. В какой-то мере этот процесс можно замедлить, если часть жителей малых и средних городов переселить в село. Но это потребует серьезных финансовых и организационных усилий государства.

 

 

 

Буханку отняли… у коровы

Генетики, аграрии и пищевые технологи признают, что не всякая модернизация АПК может выправить недостатки в рационе питания россиян.

Среднедушевое потребление хлеба в России составляет 125 кг в год (345 г в сутки), для сельского населения — 200 кг в год (500 г в сутки). Однако в последние годы в стране понижается качество товарного зерна. Практически исчезла сильная пшеница 1—2-го классов, в валовом сборе понижается доля зерна 3-го класса при увеличении доли слабой пшеницы 4—5-го классов (из шести существующих).

Чтобы обеспечить необходимое количество хлебобулочной продукции — 20 млн т/год, нашему пищепрому потребовалось наладить «инновационное» производство. Теперь многие хлебопекарни используют от 40 до 70% дешевой муки четвертого и пятого класса, исходно предназначавшейся для скота, сдобрив ее улучшителями. Применение разрыхлителей позволяет уменьшить удельный вес муки в каждой буханке с сохранением ее прежнего объема. Необходимость применения улучшителей определяется внедрением ускоренных технологий производства, требованиями к потребительским свойствам готовой продукции, необходимостью обеспечения длительных сроков годности.

В тесто вносится 15 пищевых добавок. Например, этот набор может быть таким: голландские сухие дрожжи, штабилаза — улучшитель качества муки (сухая клейковина), ацетат Са — сухой уксус, экстракт солода, карамельный краситель, корнекс овощной или картофельный — вкусовая добавка, смесь для хлебопечения, улучшитель — добавка против картофельной палочки муки.

Чтобы подобный хлеб лучше усваивался, в него еще добавляют искусственные витамины и минералы.

В качестве закваски используются не встречающиеся в природе термофильные дрожжи. Они механически разрыхляют хлеб с высокой скоростью, увеличивая его количество.

К сожалению, по мнению многих врачей, такие дрожжи и хлеб способствуют развитию дисбактериоза, приводят к возникновению атрофии эпителия кишечника и появлению язв, повышают артериальное давление, приводят к загустению крови и закупорке сосудов. В результате возникают атеросклероз, ишемическая болезнь сердца, снижение перистальтики кишечника, ожирение, сахарный диабет.

Зато такого хлеба можно выпечь сколько угодно, и стоит он дешево.

Диетологи рекомендуют печь хлеб из тритикалевой муки, обладающей высокими хлебопекарными свойствами. Тритикале — это гибрид пшеницы и ржи, выращиваемый в Западной Европе. Отечественные селекционеры вывели одиннадцать сортов этой культуры. Широкого распространения в России тритикале пока не получил, хотя хлеб из нее пекут для многих отечественных VIP. Стоит он дорого и в программу модернизации не вошел.

 

 

 

Граница проходит по колбасе

Разрыв между необходимым и реально потребляемым населением количеством животного белка в России не убывает, хотя ее население ежегодно сокращается на 800 тыс. человек. В стране отмечается трехкратное недоедание мяса.

Решить эту проблему путем повышения продуктивности животноводства, птицеводства и рыболовства не удается. Сказываются финансовые ограничения доступности этих продуктов для потребителей. Таким образом, перед несельскохозяйственным сектором российского АПК стоит задача поиска доступных дешевых источников белка для обогащения натуральных и создания искусственных белковых продуктов.

Ответом на этот запрос стали искусственные пищевые продукты (ИПП), которые получают из натуральных пищевых веществ, смешивая их со студнеобразователями и придавая им структуру и форму конкретных продуктов питания.

Для производства ИПП используют растительные белки (бобы сои, арахиса, семена подсолнечника, хлопчатника, кунжута, рапса, жмыхи и шроты из семян этих культур, горох, клейковину пшеницы, листья и другие части растений), а также животные белки (казеин молока, дешевая рыба, криль) и, наконец, белки, синтезируемые микроорганизмами из нефти и отходов птицеводства.

В СССР исследования по проблеме белковых ИПП в Институте элементоорганических соединений позволили получить искусственно на основе белков и их комплексов с полисахаридами все основные структурные элементы естественной пищи и разработать способы получения многих ИПП (зернистой икры, синтетических мясо- и картофелепродуктов, макарон и круп).

Производство ИПП в развитых странах составляет 25% производства традиционных продуктов. Мировое производство аминокислот превышает 600 тыс. т/год, глюкозо-фруктозных сиропов — 3 млн т/год. В США, Японии, Великобритании производят такие ИПП, как жареное, заливное и молотое мясо, мясные бульоны, котлеты, колбасы и сосиски, хлеб, макароны, крупы; молоко, сливки и сыр из листьев растений, конфеты, ягоды и мороженое.

В России инновационные технологии создания ИПП позволяют удешевить и увеличить производство пищевых продуктов из непищевого сырья; достичь продовольственной обеспеченности беднейших слоев населения. Так, переработка 2% ежегодной добычи нефти в РФ с помощью дрожжей, бактерий, одноклеточных водорослей и микроорганизмов позволила бы произвести 2 млн т белка. Однако выросшая до 100 долларов за баррель цена на нефть на какое-то время сделала эту технологию нерентабельной.

Более перспективным оказалось получение грибной биомассы и грибного белка — микопротеина — из смеси парафинов нефти (отходов нефтепереработки), растительных углеводов, пищевых отбросов, минеральных удобрений и отходов птицеводства (куриного помета). Продуцентами белка стали мицелиальный гриб Endomycopsis fi buligera и дрожжеподобный гриб Candida tropicalis. Такое производство позволяет заменять белковыми суррогатами мясо в промышленных изделиях из фарша. Распределение этих видов мясопродуктов в рационах разделило россиян на богатых и бедных.

Белковые отходы птицефабрик в виде искусственных мясопродуктов достались малоплатежной части населения. А состоятельные граждане приобретают колбасу, сделанную целиком из мяса. Ее себестоимость составляет 1000 руб./кг, так что, с учетом торговой надбавки, такая колбаса продается по цене от 1300 руб./кг.

Как показывает зарубежный опыт, без серьезных дотаций и субсидий в дополнение к технологиям, повышающим производительность сельскохозяйственного труда, снизить себестоимость, а следовательно, повысить доступность качественных продуктов питания невозможно. В противном случае доля искусственных продуктов сомнительного свойства и небезопасных для здоровья будет только возрастать.

 

А. Веймарн, www.odnako.or

 
Статья прочитана 4522 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Комментарии к записи "Модернизация агропромышленного комплекса России: возможности, ограничения и лакуны"

Посмотреть последние комментарии
  1. Мне кажется , что модернизация АПК не будет полным , если не изменится произвотственные отношения на селе .
    Работники сельского хозяйства работают пока для «дядя» .Они не заинтерисованы от конечной продукции . Поэтому и «пьянство , бездельничество и воровсто»…

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Модернизация агропромышленного комплекса России: возможности, ограничения и лакуны"

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля


Наши партнеры

АгроЭкспоСибирь Органик Экспо Агрофорум 2013 Сочинский Ветеринарный Фестиваль Бизнес-олимпиада Стратег года

Самое читаемое

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Наши контакты

e-mail: agrobk@yandex.ru
Реклама на сайте